Битва за невельскую скотобойню

Из сохранившихся протоколов заседаний невельской городской Думы 1908 -1909 годов

Из сохранившихся протоколов заседаний невельской городской Думы 1908 -1909 годов можноНевельская скотобойня узнать о многих интересных фактах и эпизодах экономической и общественной жизни нашего города в начале XX века.

Например, учитывая национальный состав городского населения, депутаты (тогда они назывались «гласные») устанавливали продолжительность рабочего дня и выходные дни различных заведений. Так, 7-го сентября 1909 года городская дума утвердила постановление городской Управы по этому вопросу. В нём говорится: «Примечание Комиссии к параграфу 2. Ввиду численного преобладания в населении, а в особенности в торговле (еврейских заведений более 300, а христианских 8) и в промышленности города Невеля евреев, чтущих день субботний и свои национально-религиозные праздники, а также издавна установившийся обычай торговли в народе по воскресеньям и праздничным дням, Комиссия не находит возможным прекратить совершенно торговлю в дни христианских праздников, так как через это создалось бы непомерно большее число прогульных дней, и торговля сосредоточилась бы в сельской местности, а следовательно, торговле и промышленности города и благосостоянию жителей был бы нанесён неисчислимый ущерб».

К работе ремесленных заведений подход был также дифференцированный с учётом их национального состава. «В еврейских ремесленных заведениях накануне праздничных и субботних дней, а в христианских – накануне двунадесятых праздников и дней воскресных, работы прекращаются на 4 часа раньше».

На заседании городской думы 27 января 1909 года гласные рассматривали прошение невельских сапожников на имя г. начальника Витебской губернии. В нём, в частности, говорится: «…они – люди семейные, бедные, и их труд очень плохо оплачивается, однако, их немного поддерживало, что они брали в кредит кожевенный товар и продавали на рынке в ярмарочные дни выработанную ими для крестьян простую обувь. Вот уже год, как в Невель приезжают из Усвят к ярмаркам другие лица торговать обувью, просители не в состоянии конкурировать, чрез что лишились последнего куска хлеба». Учитывая сложившуюся обстановку, дума приняла решение о взимании в доход города Невеля 5-ти рублей за место на рынке для торговли привозными сапожными товарами. Как принято говорить сегодня, депутаты тем самым поддержали местных производителей.

В городской думе весь 1909 год был отмечен яростной борьбой народных избранников за право заключения контракта на аренду городской скотобойни. Дело в том, что с 1904 года скотобойня находилась в аренде у Исая Моисеевича Голощёкина, отца видного большевика, соратника Ленина и одного из организаторов убийства царской семьи, о котором газета «Невельская жизнь» рассказывала в № 11 за 2010 год.

Однако, в 1907 году оптовый торговец мясом, невельский купец 2-й гильдии Абель Давидович Фридлиб предложил городу за аренду скотобойни 2000 рублей в год вместо 1300 рублей Голощекина. Арендатор Исай Голощёкин для городской казны был неудобен тем, что город ему постоянно был должен за освещение улиц керосино-калильными фонарями и поставку для Управы различных материалов. Поэтому городской казне приходилось получать от него не «живые» деньги, а проводить взаимозачёты, говоря современным языком.

Так, например, на заседании городской думы от 8 января 1909 года городская Управа представила «для наложения штрафа на Голощекина за неисправное освещение города нижеследующую ведомость, согласную с сообщениями Невельского Уездного Исправника, заявлениями гласных и замечаниями Городского Головы».

В ней приводились задокументированные факты отсутствия или некачественного освещения городских улиц. Вот некоторые из них:

«19 августа керосино-калильный фонарь не горел, а на Спасской издавал копоть…

21 августа большой фонарь по Шоссейной улице горел плохо, а 16 августа не был зажжен…

11 ноября по Кагальной улице один фонарь и с 4-х часов в темную ночь все керосино-калильные фонари были потушены…

26 декабря два керосино-калильных фонаря зажигались в 7 часов 25 минут утром, а против полицейского Управления фонарь горел до 8 часов вечера».

Рассмотрев представленную городской Управой ведомость, дума приняла решение о наложении на Голощекина штрафа в размере 162 рублей.

Борьба заинтересованных в мясном бизнесе лиц обострилась в 1909 году в связи с тем, что началось строительство новой каменной городской скотобойни.

5 марта 1909 года гласные городской думы тайным голосованием оставили скотобойню за Голощёкиным по цене 1300 рублей в год. В ответ на это занимающий место городского головы К.Л. Сенкевич и ряд гласных подают Витебскому Губернатору своё Особое мнение. В нём говорилось: «Не могу согласиться с приведенным постановлением Городской Думы и по тем данным, что постановив оставить скотобойню в арендном пользовании Голощекина за 1300рублей ежегодной платы и отклонив ходатайство Фридлиба, предлагавшего 2000 рублей той же аренды, Городская Дума ничем не мотивировала своё постановление, почему она считает выгодней скотобойню отдать Голощёкину, а не Фридлибу и не хочет получить в доход городского Общественного Управления такой значительной суммы, как 700рублей…»

Губернатор решение Думы приостановил 2 апреля 1909 года. Абель Фридлиб 4 июня предлагает городу 3000 рублей годовой аренды, но гласные Думы тайным голосованием, 15 – «за», 9 – «против», оставили аренду Голощекина за 1300 рублей.

Витебский Губернатор отменяет это решение и направляет в Невель своё послание с требованием рассмотреть этот вопрос вновь. 12 ноября 1909 года Городская Дума снова голосует по этому вопросу. Результат таков: «За отдачу скотобойни Голощёкину – 16 шаров, против отдачи – 7, Фридлибу за отдачу – 9 шаров, против – 14». Заступающий место Городского Головы К. Л. Сенкевич в своём Особом мнении вместе с восемью гласными пишет, что большинство Думы опять скотобойню отдали Исаю Голощёкину, невзирая на то, что в день заседания Фридлиб предлагал 3000 рублей, а Шай Новиков – 2700 рублей.

«Если даже и придать значение доводам постановления Думы в части, касающейся Абеля Фридлиба, об отказе ему в аренде бойни, то нет совершенно оснований мотива в отказе права аренды третьему лицу – Шаю Новикову, предложившему в день заседания 2700 рублей. Сумма весьма солидная, которая могла бы значительно увеличить бюджет городской казны. О нём почему-то Дума умолчала, тогда как Новиков, как нам хорошо известно, торговлей мясом не занимается и значит не мог бы быть таким опасным лицом для торговли мясом, каким, по мнению Думы, является Фридлиб».

Вот оно что! Получается, что гласные боялись доверить ему скотобойню из опасений, что Фридлиб, занимаясь оптовой торговлей мясом, может производить какие-либо мошеннические или другие опасные действия. Но и это не всё. Гласный Никифоров заявил, что Абель Фридлиб пытался дать ему взятку в сумме сто рублей, чтобы тот угостил других гласных на эти деньги, склонив и их на его сторону. Городской Голова не верит ему и объясняет это так: «…никому из остальных гласных, кроме одного лишь господина Никифорова, с подобным оскорбительным предложением

Фридлиб обратиться не посмел. Исай Никифоров женат на родной сестре гласного Аксентия Трифоновича Лебедева, на которого он указывает, как на свидетеля, при котором Фридлиб предлагал ему взятку».

Кроме этого, К. Л. Сенкевич отмечает в Особом мнении, что когда Городская Управа прекратила производить зачёты с Голощёкиным за доставку городу подрядных материалов, последний прекратил вносить в казну арендную плату за пользование скотобойней. Несмотря на всё это, большинство гласных проголосовали за продление контракта по аренде скотобойни с Исаем Голощёкиным, что вызвало возмущение многих горожан, присутствовавших на заседании Городской Думы. В архивных документах об этом сообщается следующим образом: «В день заседания Думы при рассмотрении настоящего вопроса в зале заседания было много публики, которая с большим интересом следила за исходом этого дела, и когда получился результат голосования об оставлении бойни за Голощёкиным за 1800рублей, в то же время было сильное негодование присутствующей публики, в большинстве случаев бедняков, что Городская Дума, отклоняя ходатайство Фридлиба, обрекает присутствующую бедноту на платёж и без того больших городских налогов, лёгших на них тяжёлым бременем».

И это очередное решение Думы губернатором Витебской губернии было отменено 20 декабря 1909 года за № 3722.

К сожалению, о том, как эта битва за аренду скотобойни разворачивалась в 1910 году, мы уже никогда не узнаем, потому что протоколы заседаний невельской Городской Думы с1910 по 1914 годы включительно отсутствуют. Однако, в сохранившихся документах 1915 года случайно упоминается победитель этой непримиримой схватки. За арендную плату 5752 рубля в год Городской Управой был заключён контракт с 23 февраля 1911 года по 1 января 1914 года с Гутенбергом Беньямином Нотовичем.

А в 1914 году началась Первая мировая война, затем Февральская и Октябрьская революции, Гражданская война, коллективизация, индустриализация, Великая Отечественная война, хрущевская оттепель, затем самые стабильные десятилетия нашей жизни с 60-х по 90-е годы 20-го века, перестройка и т.д. до сегодняшних дней. А скотобойня стоит и работает – на том же месте 100 лет.

(Использованы материалы ГУ «Государственный архив» в городе Великие Луки. Фонд 636, опись 1, дело 3.)

Публикация В. Колондука.

«Невельская жизнь» №2(85) февраль 2011 г.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс